March 20, 2016

Please reload

Недавние посты

Семья года 2018 г.

November 29, 2018

1/2
Please reload

Избранные посты

В годы развития промышленности в России

March 20, 2016

 

Боевые действия за свою независимость в некоторых округах Дагестана продолжились до 1880 года.

 В те годы,  до начала Первой мировой войны, в России интенсивно развивалась промышленность. Увеличилась добыча нефти в Бакинской губернии, там построили заводы для нефтепереработки. В России увеличилось количество заводов и фабрик.  Наши люди, как и многие дагестанские отходники, начали ходить на заработки в Баку. 

Помню, в солнечный ясный день зимы 1946 года на годекане в квартале нашего аула Хиратлох (ХIиралъохъ) парторга Дибиров Магомеда, читающего  присутствующим книгу "Краткий курс истории ВКП(б) " на аварском языке. В те годы это входило в обязанности парторга.  Когда он прочитал: "У рабочих бакинских нефтяных промыслов до революции жизнь была очень трудная. Жили они в грязных, темных бараках», бывшие отходники Махмудов Исуб, Инусов Али, прервав его, сказали: "То, что ты читаешь из этой книги – сплошная ложь (буквально: "Черная как сажа ложь"). Мы жили в чистых, просторных помещениях с огромными застекленными окнами. Через каждые десять дней нам заменяли постельное белье, и в месяц два раза к нам приходил врач, чтоб проверить наше здоровье". Такие смелые люди, которые считали ложью факты, вошедшие в "Историю партии", в то время встречались редко. Но еще реже встречались и такие парторги, как  Дибиров Магомед, которые такую "крамолу" не доносили до органов КГБ. 

Многие наши односельчане тогда возвращались из Баку через два-три года достаточно разбогатевшими. Многие из них знали русский и азербайджанский языки, кое-кто владел даже армянским языком. К тому же они приучились к культуре, понимали азербайджанскую музыку, некоторые из них научились петь азербайджанские песни.

И в  самом ауле люди начали заниматься разными ремеслами. У нас были мастера ювелирных изделий, кузнецы, сапожники. Некоторые умели шить шубы, ремонтировать часы. Но самим развитым в селе ремеслом стало плетение кнутов из кожаных "нитей". Почти каждый мужчина в горных аулах имел коня, поэтому спрос на кнуты был постоянным. Наши мастера открыли в Кумухе и в Бура (Владикавказ) даже мастерские по изготовлению кнутов. Кнуты продавали там же на базарах. Также наши односельчане возили кнуты на продажу в Грозный, Баку и другие города.

Как вспоминал Шайихалил  Магомед, 12-летним мальчишкой он был отдан на обучение к одному ученому в ауле Верхний Дженгутай. "Там меня навестил мой двоюродный брат Бахтикил Омариль Али, который в Бураве занимался изготовлением кнутов, - рассказывал Магомед. - На боку у него висел огромный  пистолет - наган. Он пришёл забрать меня, так как из-за какой-то ссоры на годекане  мой отец убил человека из рода Исал-Мусалазул,  за это нашу семью на пять лет выселили в аул Мегеб". 

В то время, несмотря на трудные условия жизни, наши отцы и деды находили возможность посылать сыновей, даже еще совсем мальчишек, в далекие аулы к знаменитым ученым-арабистам для повышения своих знаний по разным отраслям науки.  Например, в ауле Араканы 1950 году у прославленных ученых обучались Магомедов Сайид,  Чичахъуласул Алил Магомед, Абдурахманов Омар. Обучившись в  далеком от нас селе Белокан (Цор – Алазанская долина в Азербайджане), стал ученым-арабистом Касумов ЮшагI. Они прекрасно владели  арабским языком. Например, Абдурахманов Омар читал на арабском языке сказки из знаменитой на весь мир книги «Тысяча и одна ночь» и легко переводил их на аварский язык нашим односельчанам, сидящим на годекане квартала Хиратлох (ХIиралъохъ). (Наряду с названными  в прошлом до революции в с. Кегер были и другие учёные-арабисты и просветители. Так, например, известны имена учённых-арабистов Закаригал-КIогьори, Абдулкарима ХIурмукъи-Когьори, Мусалава-КIогьори. См.: Абакаров М.А. Материалы по истории Андалала, составлены по социологическим опросам, выпискам из историко-этнографической литературы, публикаций, материалов прессы, из рукописных материалов андалальских ученых-арабистов (Рукопись.) Но более или менее подробными  сведениями  о них мы, к сожалению, не располагаем. - Прим. ред.). 

Последним из тех мастеров, которые знали все секреты по изготовлению кнутов, был  Гъазимухамадиль ГIумариль Муса. У него был свой метод подготовки ручек для кнутов. Он брал палку из волжанки с красной кожурой, обжигом из спиртовки через тонкую трубочку умел наносить на нее черные красивые узоры. И из украшенной таким образом палки делал  ручки для кнутов. 

В те годы, о которых мы говорим,  жизнь наших людей стала намного обеспеченнее. Многие имели ниже Скалы свои хутора, а при них - высокоурожайные сады  и поля. К примеру, в 1910 году в Алдабских  хуторах на перезимовке было  3- 4 тысячи голов овец.  Некоторые сельчане, вместе с богатыми барановодами из аула Чох, отправляли свои отары зимой на кутаны, а летом на горные пастбища. Таких 120 -150 голов овец и коз были, например, у Ижарокъиль Исубиласул Хаджи.                    

Можно сказать, что в те годы в нашем ауле не было людей совсем бедных или убогих. То, что рядом находилась Гунибская крепость, не мешало повседневной жизни аульчан. Не было случаев инцидента между солдатами гарнизона и жителями близлежащих аулов. В то время не было и налоговой кабалы. Каждый дым (хозяйство) должен был один раз в году платить пять копеек так называемого солдатского налога за одного мужчину военнообязанного возраста.

На территорию Гунибской крепости можно было заходить с восьми утра до четырех часов пополудни, пока не закрывались крепостные ворота и ворота Хиндахского моста. 

В те годы из-за тяжелых условий жизни много дагестанцев переселилось  в Турцию, Сирию. Многие учились в Санкт-Петербурге, Москве, Стамбуле, Каире. Каждый имел право выезжать по торговым делам даже за границу. Ни одна семья из нашего аула не переселилась в другие города и страны в поисках лёгкой жизни. И это свидетельство тому, что жить на нашем нагорье было не так уж тяжело. Правда, наши односельчане отправлялись на хадж: одни пешком, другие – на пароходах из Батуми, Одессы.

В 1906-1910 годах комендантом Батумского порта был наш односельчанин Парилов Исак. Однажды к нему на прием пришел некий Омар из нашего аула (фамилию уточнить не удалось) с просьбой отправить его на хадж  пароходом.  Но, оказалось, что у Омара не было визы. Тогда Исак вызвал к себе одного из солдат, занимавшегося проверкой документов пассажиров, поднимающихся на пароход. Дал этому солдату 10 рублей и сказал: "Ты должен, положа руку на Библию, поклясться, что будешь говорить: "Я видел, как упали в море документы этого Омара". Солдат согласился. На следующий день, когда Омар поднимался на пароход, офицер велел ему показать документы. Тот начал рыться в карманах, делая вид, что он их ищет. Омар не владел русским языком, поэтому начал пальцами делать знаки, что,  мол, документы выпали в воду. Офицер посмотрел на солдата, как бы спрашивая, можно ли ему поверить. Тогда тот солдат, с кем Исак договорился, сказал, что Омар не врет. Затем, положа руку на Библию, поклялся, что он видел, как упали документы Омара в воду. После этого офицер пропустил Омара на пароход.

Если подумать об этом заурядном, не таком уж редком случае, то сразу можно заметить разницу в отношениях людей друг к другу: в понимании нужд и проблем односельчан, в готовности помочь тем, кто  попал в трудную ситуацию, раньше, и теперь. Во-первых,  должность коменданта  крупного международного Батумского порта доверили, как теперь говорят, "лицу кавказской национальности". Русский солдат не побоялся, положа руку на Библию, поклясться, чтобы выручить горца, попавшего в беду. А Исак Парилов, человек, наделенный большими правами и выполняющий важные дела, не позволил себе смотреть  свысока на простого односельчанина, как ныне это делают чиновники, занимающие высокие должности. 

В те годы всего около 20 - 30 кегерцев совершили хадж. Некоторые из них: Инусов Магомед-хаджи, Гасангусейн (умер в ссылке, год и место смерти неизвестны – Прим. сост.),  его жена Батимат-хажияй была жива  до 1940-ых годов ХХ века (Батимат-хажияй совершила Хадж в 1892 г. в 14 летнем возрасте со своим отцом. Умерла в Махачкала в 1966 г.- Примечание составителя). Один из них, старик  низкого роста, с белой бородой - Инусов Магомед-хаджи прожил около ста лет. Когда ему было за девяносто лет, он с ломом в руках заготавливал камни около своего дома ГухIдаад. До последних лет жизни он обладал хорошим зрением и слухом.

На могиле покойных в 1940-х годах ХХ века Коран и молитвы читали МухIамад, Сайгидахмад, Чакариль Али, Бикабал МухIамад.

В то время горцев брали на наемную службу в царской армии.  Поэтому много офицеров из Дагестана служило в разных подразделениях царских войск. У генерала Максуда Алиханова-Аварского служил наш односельчанин Пиралов Омар. 

Хотя русские вроде бы старались создавать в Дагестане неплохие условия, и с населением они имели дружеские отношения, наши люди в душе не воспринимали как самих русских, так и их религию.  Тому свидетельствует такой случай. Много лет прожил в России Исал-МухIамадиль Али. Он хорошо владел русским языком. К концу жизни Али вернулся в аул.  Когда вскоре он умер, начались всякие разговоры, пересуды  о том, что он принял христианство и стал кяфиром,  поэтому, мол, говорили старики, его нельзя похоронить на нашем мусульманском  кладбище. С трудом успокоив их этих стариков, кое-как сумели проводить его прах в мир иной.           

В сердцах дагестанцев еще теплилась надежда, что когда-нибудь они сумеют выгнать русских с наших родных земель. Ещё ярче это проявилось в годы революции, когда большевики вышли на передний план политической борьбы.

Please reload

Мы в соцсетях
Please reload

Поиск по тегам